Cлово "СТОЯТЬ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: СТОЯЛИ, СТОЯЛА, СТОЯ, СТОЯЛ, СТОИТ

1. Жанета
Входимость: 17. Размер: 128кб.
2. На покое
Входимость: 15. Размер: 62кб.
3. Суламифь
Входимость: 14. Размер: 86кб.
4. Конокрады
Входимость: 14. Размер: 54кб.
5. Храбрые беглецы
Входимость: 14. Размер: 47кб.
6. Ночная смена
Входимость: 13. Размер: 49кб.
7. Как я был актером
Входимость: 13. Размер: 58кб.
8. Морская болезнь
Входимость: 11. Размер: 50кб.
9. Трус
Входимость: 11. Размер: 43кб.
10. К славе
Входимость: 11. Размер: 67кб.
11. Поединок (глава 19)
Входимость: 11. Размер: 14кб.
12. Михайлов О.М.: Куприн. Глава третья. "Поединок"
Входимость: 11. Размер: 81кб.
13. Жидкое солнце
Входимость: 10. Размер: 119кб.
14. Пунцовая кровь
Входимость: 10. Размер: 53кб.
15. Юнкера (глава 29)
Входимость: 10. Размер: 27кб.
16. Паустовский К.: Поток жизни
Входимость: 10. Размер: 50кб.
17. Поединок (глава 15)
Входимость: 9. Размер: 39кб.
18. Лесная глушь
Входимость: 9. Размер: 62кб.
19. Поединок (глава 10)
Входимость: 9. Размер: 17кб.
20. Звезда Соломона. Глава IV
Входимость: 9. Размер: 29кб.
21. Вержбицкий Н.К.: Встречи. Светлая душа (А. С. Грин)
Входимость: 9. Размер: 52кб.
22. Белый пудель
Входимость: 9. Размер: 64кб.
23. Первый встречный
Входимость: 9. Размер: 21кб.
24. Куприн А. И., М. Н. Киселёв: Грань столетия
Входимость: 9. Размер: 36кб.
25. Памяти Чехова
Входимость: 9. Размер: 64кб.
26. С улицы
Входимость: 8. Размер: 76кб.
27. Поединок
Входимость: 8. Размер: 25кб.
28. Винная бочка
Входимость: 8. Размер: 26кб.
29. Поединок (глава 18)
Входимость: 8. Размер: 24кб.
30. Поединок (глава 5)
Входимость: 8. Размер: 33кб.
31. Прапорщик армейский
Входимость: 8. Размер: 89кб.
32. В цирке
Входимость: 8. Размер: 57кб.
33. Мелюзга
Входимость: 8. Размер: 51кб.
34. Жидовка
Входимость: 7. Размер: 40кб.
35. Вержбицкий Н.К.: Встречи. Встречи с Куприным. Наставники жизни и творчества
Входимость: 7. Размер: 108кб.
36. Осенние цветы
Входимость: 7. Размер: 20кб.
37. Изумруд
Входимость: 7. Размер: 33кб.
38. Яма (часть 3, глава 3)
Входимость: 7. Размер: 38кб.
39. Болото
Входимость: 7. Размер: 40кб.
40. Серебряный волк
Входимость: 7. Размер: 19кб.
41. Воробей
Входимость: 7. Размер: 13кб.
42. Вержбицкий Н.К.: Встречи. С Фритьофом Нансеном по Армении
Входимость: 7. Размер: 54кб.
43. Поединок (глава 12)
Входимость: 6. Размер: 22кб.
44. Черный туман
Входимость: 6. Размер: 26кб.
45. Ночлег
Входимость: 6. Размер: 28кб.
46. Впотьмах. Глава IV
Входимость: 6. Размер: 15кб.
47. Гранатовый браслет
Входимость: 6. Размер: 96кб.
48. Гатчинский призрак
Входимость: 6. Размер: 14кб.
49. Корь
Входимость: 6. Размер: 53кб.
50. На глухарей
Входимость: 6. Размер: 24кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Жанета
Входимость: 17. Размер: 128кб.
Часть текста: его мебель: раскладная парусиновая кровать военного образца, деревянный некрашеный стол, две такие же табуретки, умывальник с кувшином и ведром и старозаветный чемодан, весь испещренный разноцветными путевыми ярлыками. Стены оклеены отвратительнейшими обоями в синие и желтые полосы; когда на них глядишь, то скашиваются глаза и кружится голова. Профессор сам готовит для себя на спиртовке спартанские кушанья и кипятит чай, сам прибирает комнату, сам чистит платье и сапоги. Но человек не может жить без роскоши (кроме изуверов и идиотов), и в этом, по мнению профессора, одно из важных отличий его от всех животных, за исключением некоторых диких птиц, чудесно украшающих свои гнезда. На подоконнике, в больших деревянных ящиках, всегда растут редкие яркие цветы. Он за ними внимательно ухаживает. Иногда можно застать его в те минуты, когда он тонкой кисточкой, бережно, как художник-миниатюрист, переносит желтую цветочную пыльцу из чашечки одного цветка в чашечку другого. Вид у него при этом сосредоточенный, губы вытянуты в трубочку, глаза сощурены в щелочки под косматыми рыжими бровями. Он давно примелькался и хорошо известен в своем небольшом районе, ограниченном лавками: мясной, молочной, бакалейной, табачной, булочной и тем угловым бистро мадам Бюссак, куда он изредка...
2. На покое
Входимость: 15. Размер: 62кб.
Часть текста: актеров, загнанных сюда нуждой и болезнями. Посредине залы стоял овальный обеденный стол, обтянутый желтой, под мрамор, клеенкой, а у стен между колоннами размещались кровати, и около каждой по шкапчику, совершенно так же, как это заведено в больницах и пансионах. Венецианских окон никогда не отворяли из боязни сквозняка, от этого в комнате прочно установился запах нечистоплотной, холостой старости - запах застоявшегося табачного дыма, грязного белья и больницы. Вверху, между стенами и потолком, всегда висела серая, пыльная бахрома прошлогодней паутины. Лучшим местом считался угол около большой голландской печи, старинные изразцы которой были разрисованы синими тюльпанами. Здесь зимой бывало очень тепло, а широкая печь, отгораживая с одной стороны кровать, придавала ей до некоторой степени вид отдельного жилья. В этом привилегированном месте устроился самый давний обитатель овсянниковского дома, бывший опереточный тенор Лидин-Байдаров, слабоумный, тупой и необыкновенно спесивый мужчина, с трудом носивший на тонких, изуродованных подагрой ногах свое грузное и немощное тело. Попав в убежище с самого дня его основания, он держал себя в нем хозяином и первый дал тон скверным анекдотам и циничным ругательствам, никогда не прекращавшимся в общих разговорах. Он же покрывал белые колонны залы и стенки уборной теми гнусными рисунками и омерзительными изречениями в стихах и прозе, на которые было неистощимо его болезненное воображение тайного эротомана. По другую сторону печи, ближе к окнам, помещался бывший суфлер Иван Степанович - плешивый, беззубый, сморщенный старикашка. В былые времена весь театральный мир звал его фамильярно "Стаканычем"; это прозвище сохранилось за ним и в убежище. Стаканыч был...
3. Суламифь
Входимость: 14. Размер: 86кб.
Часть текста: возраста - сорока пяти лет, - а слава о его мудрости и красоте, о великолепии его жизни и пышности его двора распространилась далеко за пределами Палестины. В Ассирии и Финикии, в Верхнем и Нижнем Египте, от древней Тавризы до Йемена и от Исмара до Перееполя, на побережье Черного моря и на островах Средиземного- с удивлением произносили его имя, потому что не было подобного ему между царями во все дни его. В 480 году по исшествии Израиля, в четвертый год своего царствования, в месяце зифе, предпринял царь сооружение великого храма господня на горе Мориа и постройку дворца в Иерусалиме. Восемьдесят тысяч каменотесов и семьдесят тысяч носильщиков беспрерывно работали в горах и в предместьях города, а десять тысяч дровосеков из числа тридцати восьми тысяч отправлялись посменно на Ливан, где проводили целый месяц в столь тяжкой работе, что после нее отды али два месяца. Тысячи людей вязали срубленные деревья в плоты, и сотни моряков сплавляли их морем в Иаффу, где их обделывали тиряне, искусные в токарной и столярной работе. Только лишь при возведении пирамид Хефрена, Хуфу и Микерина в Гизехе употреблено было такое несметное количество рабочих. Три тысячи шестьсот приставников надзирали за работами, а над приставниками начальствовал Азария, сын Нафанов, человек жестокий и деятельный, про которого сложился слух, что он никогда не спит, пожираемый огнем внутренней неизлечимой болезни. Все же планы дворца и храма, рисунки колонн, давира и медного моря, чертежи окон, украшения стен и тронов созданы были зодчим Хирамом-Авием из Сидона, сыном медника из рода Нафалимова. Через семь лет, в месяце буле, был завершен храм господень и через тринадцать лет - царский дворец. За кедровые бревна с Ливана, за кипарисные и оливковые доски, за дерево певговое, ситтим и фарсис, за обтесанные и отполированные громадные дорогие камни, за пурпур, багряницу и виссон, шитый золотом, за голубые шерстяные...
4. Конокрады
Входимость: 14. Размер: 54кб.
Часть текста: и сощурив глаза, рассеянно смотрел на реку, на теплое, безоблачное небо, на дальний сосновый лес, резко черневший среди пожара зари. Тихая река, неподвижная, как болото, вся была скрыта под сплошной твердой зеленью кувшинок, которые томно выставляли наружу свои прелестные, белые, непорочные венчики. Лишь на той стороне, у берега, оставалась чистая, гладкая, не застланная листьями полоса воды, и в ней мальчик видел отраженные с необыкновенной отчетливостью: и прибрежную осоку, и черный зубчатый лес, и горевшее за ним зарево. А на этом берегу, у самой реки, в равном расстоянии друг от друга стояли древние, дуплистые ветлы. Короткие прямые ветки топорщились у них кверху, и сами они - низкие, корявые, толстые - походили на приземистых старцев, воздевших к небу тощие руки. Тонким, печальным свистом перекликались кулички. Изредка в воде тяжело бултыхалась крупная рыба. Мошкара дрожала над водой прозрачным, тонким столбом. Козел вдруг приподнял голову с земли и уставился на Василя оторопелым, бессмысленным взглядом. - Ты что сказал? - спросил он невнятно, хриплым голосом. Мальчик ничего не ответил. Он даже не обернулся на старика, а ...
5. Храбрые беглецы
Входимость: 14. Размер: 47кб.
Часть текста: его и кличут в классе "Баба", - светлые ресницы вокруг мутно-голубых глаз, открытый мокрый рот и всегда капля под носом. Он плох в драке, чувствителен, часто плачет и боится темноты. Амиров - альбинос с белыми волосами на большой, длинной от лба до подбородка голове, с красными белками глаз и бледной шероховатой кожей лица. К нему приходит по воскресеньям отец - такой же большеголовый, седой и красноглазый, как и сын, маленький, чисто выбритый. Появляется он в роскошной приемной зале (пансион помещается в бывшем дворце графа Разумовского) в опрятненьком отставном военном мундире, украшенном двумя рядами серебряных пуговиц, а в руках у него неизменный красный платок, в котором завязаны яблоки и вкусные темные деревенские лепешки, у которых на верхней стороне выведена ножиком косая решетка. Амиров-сын - скромен, послушен, учится усердно, и, несмотря на это, он не подлиза, не тихоня, не зубрила; все, что он делает, отмечено какими-то неуловимыми чертами вкуса, удачи, терпения и немного старческой добротности. Он опрятно носит казенную одежду: парусиновые панталоны и парусиновую рубашку, обшитую вокруг ворота и вокруг рукавов форменной кумачовой лентой. Его собственные вещички: перочинный ножик, перышки, пенал, резина и карандаши - всегда блестят, как только что купленные. Он не придумывает новых игр, но в любую игру способен внести много серьезной увлекательности и милого порядка. По праздникам, когда для воспитанников открыта библиотека, Амиров непременно выберет, к общей зависти, самую занимательную книгу с приключениями и с яркими картинками, не то, что другие, которые вдруг попросят Гомера и потом с недоумением и тоской зевают над длинными фразами, заключенными в саженные строки, в которых к тому же попадаются двойные слова, по тридцать букв в каждом, - зевают, но из мальчишеского самолюбия не хотят сознаться в ошибке. Прочитанное Амиров без труда...

© 2000- NIV