Cлово "СОВЕТСКИЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: СОВЕТСКИЕ, СОВЕТСКОГО, СОВЕТСКИХ, СОВЕТСКУЮ, СОВЕТСКОЙ

1. Дружников Юрий: Куприн в дегте и патоке
Входимость: 58. Размер: 47кб.
2. Берков П.: Александр Иванович Куприн. Глава двенадцатая
Входимость: 25. Размер: 12кб.
3. Кулешов Ф.И.: Творческий путь А. И. Куприна. 1883—1907. Глава VI. В дали от Родины. Части 1-5
Входимость: 17. Размер: 83кб.
4. Вержбицкий Н.К.: Встречи. Встречи с Куприным. Возвращение
Входимость: 16. Размер: 29кб.
5. Александрова Т. Л.: Александр Куприн
Входимость: 15. Размер: 87кб.
6. Кулешов Ф.И.: Творческий путь А. И. Куприна. 1883—1907. Глава V. В дни великих потрясений
Входимость: 14. Размер: 65кб.
7. Лилин В.: Александр Иванович Куприн. "Мне нельзя без России"…
Входимость: 13. Размер: 36кб.
8. Михайлов О.М.: Куприн. Отступление шестое. Куприн и эмигрантская литература
Входимость: 13. Размер: 22кб.
9. Фигурнова О.: Четвертая жизнь Куприна
Входимость: 12. Размер: 32кб.
10. Вержбицкий Н.К.: Встречи. Сергей Есенин. Работа ладится
Входимость: 12. Размер: 36кб.
11. Маски
Входимость: 12. Размер: 38кб.
12. Волков А.А.: Творчество А. И. Куприна. Глава 6. После октября
Входимость: 12. Размер: 62кб.
13. Вержбицкий Н.К.: Встречи. С Фритьофом Нансеном по Армении
Входимость: 12. Размер: 54кб.
14. Сикофанты
Входимость: 10. Размер: 10кб.
15. Москва родная
Входимость: 9. Размер: 10кб.
16. Берков П.: Александр Иванович Куприн. Глава одиннадцатая
Входимость: 9. Размер: 13кб.
17. Куприна Ксения: Куприн - мой отец. От автора
Входимость: 8. Размер: 11кб.
18. Куприна Ксения: Куприн - мой отец. Глава XXX. Мрачные годы
Входимость: 7. Размер: 25кб.
19. Кулешов Ф.И.: Творческий путь А. И. Куприна. 1883—1907. Глава VII. Дома
Входимость: 7. Размер: 16кб.
20. Лилин В.: Александр Иванович Куприн. Снова на родине
Входимость: 7. Размер: 9кб.
21. Тришина А. А.: Александр Куприн в Гатчине
Входимость: 7. Размер: 16кб.
22. Тихий ужас
Входимость: 7. Размер: 17кб.
23. Карасёв Александр: Завещание поручика Куприна
Входимость: 7. Размер: 32кб.
24. Михайлов О.М.: Куприн. Глава седьмая. "Мне нужно все родное…"
Входимость: 7. Размер: 81кб.
25. Тихий ужас
Входимость: 7. Размер: 14кб.
26. Алданов М. А.: Памяти А. И. Куприна
Входимость: 6. Размер: 16кб.
27. Без заглавия
Входимость: 6. Размер: 7кб.
28. Куприн в Петербурге (автор неизвестен)
Входимость: 6. Размер: 10кб.
29. Вержбицкий Н.К.: Встречи. Светлая душа (А. С. Грин)
Входимость: 6. Размер: 52кб.
30. Куприна Ксения: Куприн - мой отец. Глава XXXI. На родине
Входимость: 6. Размер: 25кб.
31. Марафет
Входимость: 6. Размер: 7кб.
32. Куприна-Иорданская М. К.: Годы молодости
Входимость: 6. Размер: 20кб.
33. Через десять лет
Входимость: 5. Размер: 8кб.
34. Два путешественника
Входимость: 5. Размер: 8кб.
35. Торговлишка
Входимость: 5. Размер: 8кб.
36. Старый начетчик (Пешехонов)
Входимость: 5. Размер: 7кб.
37. Вержбицкий Н.К.: Встречи. Встречи с Куприным. На чужбине
Входимость: 5. Размер: 22кб.
38. Редкий документ
Входимость: 5. Размер: 8кб.
39. Филимонова Н. В.: Проблемы и итоги изучения творчества А. И. Куприна
Входимость: 5. Размер: 30кб.
40. Рассказова Л. В.: Последние страницы жизни А. И. Куприна
Входимость: 4. Размер: 10кб.
41. Стрекозиные души
Входимость: 4. Размер: 7кб.
42. Советские анекдоты
Входимость: 4. Размер: 12кб.
43. Кулешов Ф.И.: Творческий путь А. И. Куприна. 1883—1907. Глава VI. В дали от Родины. Части 6-8
Входимость: 4. Размер: 59кб.
44. Два воззвания
Входимость: 4. Размер: 12кб.
45. Миопия
Входимость: 4. Размер: 7кб.
46. Товарищ Ядвига
Входимость: 4. Размер: 8кб.
47. Михайлов О.М.: Куприн. Глава шестая. Росстани
Входимость: 4. Размер: 62кб.
48. Мой герой — правда
Входимость: 4. Размер: 5кб.
49. Слагаемое (М. Арцыбашев)
Входимость: 4. Размер: 23кб.
50. Куприна Ксения: Куприн - мой отец. Об авторе и об этой книге
Входимость: 4. Размер: 16кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Дружников Юрий: Куприн в дегте и патоке
Входимость: 58. Размер: 47кб.
Часть текста: "Календарь знаменательных и памятных дат". Эта дата осталась памятной, но не знаменательной, не ко времени. Знаменовала то, что не хотелось вспоминать, вот и сделали вид, будто не вспомнили. В советском литературоведении ветер как раз переменил направление. Из черного списка в белый стали переходить отдельные запретные ранее на родине писатели. Классик, обозначенный в заглавии, пятидесятилетие со дня смерти которого исполнилось тогда, особый. Нерешительность продемонстрировала пределы на тот момент дозволенного, некоторую растерянность и, хочется думать, чувство вины перед ним. Александр Иванович Куприн давно был разрешен, только правда о нем оставалась половинчатой, сокрытой. Помню, в старинном пособии для домовладельцев прочитал о полезном изобретении русского умельца. Как сделать, чтобы петухи не начинали кукарекать рано, не будили хозяев? Для этого над шестком, где петухи спят, надо натянуть проволоку. Взмахивает петух спозаранку крыльями, вытягивает шею, чтобы приветствовать восходящее солнце, а тут ему проволока. Ударился и кукарекнуть не смог. Перед российской наукой о литературе возникла сложная проблема. О чем писать стало можно, а о чем нельзя? Момент важный, ведь ...
2. Берков П.: Александр Иванович Куприн. Глава двенадцатая
Входимость: 25. Размер: 12кб.
Часть текста: встреча глубоко рас- трогала Куприна. В беседе с корреспондентом "Литературной газеты" он поделился охватившими его чувствами и переживаниями: "Я бесконечно счастлив, - сказал Куприн, - что Советское правительство дало мне воз- можность вновь очутиться на родной стороне, в новой для меня Советской Москве. Я - в Москве! Не могу притти в себя от радости. Последние годы я настолько остро ощущал и сознавал свою тяжелую вину перед русским народом, строящим новую счастливую жизнь, что самая мысль о возможности возвращения в Советскую Россию казалась мне несбыточной мечтой". Куприн рассказал далее о волнениях и колебаниях, которыми была заполнена его жизнь в эмиграции в течение нескольких лет перед возвращением на родину: "Эти мои опасения угнетали меня, давили. И, не скрою, я не решался очень долгое время просить у полпредства разрешения вернуться в Советский Союз... Я рвался на родину, - преследуемый в то же время единственной мыслью, - продолжал Куприн рассказывать корреспонденту, - простит ли меня народ мой". Сообщив несколько подробнее о своих переживаниях перед получением правительственного разрешения на въезд в Советский Союз, Куприн перешел к планам предполагаемых работ: "И здесь в Москве я хочу сказать советскому читателю, новому замечательному поколению советского народа искренне и убежденно: постараюсь найти в себе физические и творческие силы для того, чтобы в ближайшее же...
3. Кулешов Ф.И.: Творческий путь А. И. Куприна. 1883—1907. Глава VI. В дали от Родины. Части 1-5
Входимость: 17. Размер: 83кб.
Часть текста: В дали от Родины 1 Резкую черту под всей предыдущей жизнью Куприна подвели события 17 октября 1919 года. В этот день белая армия Юденича захватила Гатчину, где жил тогда Куприн. Как он отнесся к приходу белых? Его поведение было противоречиво. Первым его душевным движением был энергичный протест против жестокости белогвардейцев в отношении жителей Гатчины — и русских, и в особенности евреев. Есть об этом интересное свидетельство М. С. Маргулиеса — автора изданной в Берлине книги «Год интервенции» (1923). Сообщая о том, что офицеры Юденича «усиленно расстреливали евреев», он пишет: «Куприн рассказывает, что его усилиями был предупрежден в Гатчине еврейский погром, который собирались учинить белые» <1> . Уточняя этот факт, сам Куприн в рецензии на книгу Маргулиеса писал, что он действительно составил тогда текст прокламации о недопустимости грабежа населения и насилий над ним, и эта прокламация была по его настоянию подписана генералом Паленом, напечатана в редактируемой Куприным газете и «затем расклеена по столбам» <2> . Много лет спустя жена писателя Елизавета Морицевна подтверждала, что в день захвата Гатчины белыми «по городу был расклеен приказ, написанный Куприным»,...
4. Вержбицкий Н.К.: Встречи. Встречи с Куприным. Возвращение
Входимость: 16. Размер: 29кб.
Часть текста: сказали дома, у брюнеток всегда больше молока. Харьковская учительница А. Надолец сообщала о том, что она до сих пор хранит полотенце, которое Александр Иванович сорок лет тому назад вышил для нее крестиком. Слал душевный привет И. Я. Комаров, ленинградец, когда-то переписывавший набело рукописи Куприна. Среди сотен посланий было и письмо от 24-летнего Михаила Клопина, рабочего-штукатура с Верхне-Исетского завода на Урале. Он писал: "... Александр Иванович! Мы, советские ваши читатели, желали бы прочесть вашу книгу о русской эмиграции, как она живет, борется или примиряется с Советским Союзом. Напишите, что заставило вас уехать за границу и теперь вернуться обратно. Каковы ваши впечатления по приезде в СССР... До книги, конечно, далеко, но хотя бы статью вы дали бы об этом в газету". Куприн решил обязательно ответить и попросил меня записать все, что он хочет сказать штукатуру Клопину. - Скрывать и обманывать советских людей нельзя! - сказал он при этом. Вот сохранившаяся у меня точная запись ответа: "Правда, до книги далеко, а в статье всего не рассказать. Однако попытаюсь, пока очень коротко, ответить на поставленные мне вопросы. В 1919 году, когда я жил в Гатчине, мне, чтобы не потерять семью, пришлось отступить с войсками генерала Юденича на Запад. Я очутился за рубежом. Здесь надо мною взяли власть, во-первых, соображения о ненужности кровопролития при совершении революции, а во-вторых, те сведения о событиях в России, которые распространяла эмигрантская пресса. (Других сведений, при всем желании, я иметь не мог...) Кроме того, должен сказать прямо, я в то время объяснял события, происходившие в России, скорее стихийными обстоятельствами, чем законами истории. Сейчас свои тогдашние выступления против большевиков я считаю неправильными и несправедливыми. Таков урок, преподанный мне жизнью. Что я могу рассказать о...
5. Александрова Т. Л.: Александр Куприн
Входимость: 15. Размер: 87кб.
Часть текста: Критики любили рассуждать о том, что помешало ему стать великим писателем», собратья по перу находили в его стиле разнообразные огрехи, шаблонности и банальности, с точки зрения идеологии он тоже ни в одном лагере не был своим. До революции Куприн вроде бы стремился соответствовать догматам и канонам демократического лагеря, к царскому режиму был настроен оппозиционно, но все-таки никогда не был в этой оппозиционности до конца последователен, а из произведений его, несмотря ни на что, так и не складывается образ «темного царства», чающего революционного обновления. После революции писатель эмигрировал, став на время «персоной нон грата» для советского режима, но и в эмиграции, даже проявив себя как яркий антибольшевистский публицист, в число главных «идеологов» не попал, а перед смертью вообще «спутал все карты», вернувшись в СССР в страшном 1937 году. И потом на протяжении полувека советские критики убеждали читателя в том, что в этом поступке отразилось его главное жизненное прозрение, а антисоветские – напротив, что поступка не было вообще, что возвращение было следствием даже не заблуждения, а полной потери дееспособности, что старого, больного, «впавшего в детство» писателя увезли в Россию насильно. После падения советского режима, когда в глазах многих минусы и плюсы механически поменялись местами, Куприн вообще как бы отошел на второй план, его затмили возвращенные имена ранее запретного русского Зарубежья. Тем не менее разгадка этой «странной» переменчивой судьбы, по-видимому, проста: художественный мир Куприна просто не укладывается в прокрустово ложе...

© 2000- NIV