Cлово "ГОЛОВА"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ГОЛОВУ, ГОЛОВЕ, ГОЛОВЫ, ГОЛОВОЙ

1. В цирке
Входимость: 34.
2. Суламифь
Входимость: 33.
3. Ночная смена
Входимость: 31.
4. Трус
Входимость: 29.
5. Прапорщик армейский
Входимость: 28.
7. Конокрады
Входимость: 23.
8. Пунцовая кровь
Входимость: 21.
9. Морская болезнь
Входимость: 21.
10. Лесная глушь
Входимость: 21.
11. Жидовка
Входимость: 20.
12. Жанета
Входимость: 20.
13. Река жизни
Входимость: 19.
14. Штабс-капитан Рыбников
Входимость: 18.
15. Яма (часть 3, глава 3)
Входимость: 17.
16. В недрах земли
Входимость: 17.
17. Мелюзга
Входимость: 17.
18. Изумруд
Входимость: 17.
19. Гранатовый браслет
Входимость: 16.
20. На покое
Входимость: 16.
21. Поединок (глава 15)
Входимость: 16.
22. Листригоны. VII. Водолазы
Входимость: 15.
23. Поединок (глава 16)
Входимость: 15.
24. Страшная минута
Входимость: 15.
25. Черная молния
Входимость: 14.
26. Белый пудель
Входимость: 14.
27. Корь
Входимость: 14.
28. На переломе (Кадеты), глава 3
Входимость: 14.
29. Брегет
Входимость: 14.
30. Жидкое солнце
Входимость: 13.
31. Болото
Входимость: 13.
32. Слон
Входимость: 13.
33. Психея
Входимость: 13.
34. Как я был актером
Входимость: 13.
35. Гамбринус
Входимость: 13.
36. Рахиль (Киносценарий)
Входимость: 13.
37. К славе
Входимость: 13.
38. Храбрые беглецы
Входимость: 13.
40. Первый встречный
Входимость: 12.
41. Михайлов О.М.: Куприн. Глава третья. "Поединок"
Входимость: 12.
42. С улицы
Входимость: 12.
43. Негласная ревизия
Входимость: 12.
44. Молох. Глава X
Входимость: 12.
45. Жрец
Входимость: 11.
46. Без заглавия
Входимость: 11.
47. Олеся (глава 13)
Входимость: 11.
48. Бред
Входимость: 11.
49. У русских художников
Входимость: 11.
50. Вержбицкий Н.К.: Встречи. Светлая душа (А. С. Грин)
Входимость: 11.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. В цирке
Входимость: 34. Размер: 57кб.
Часть текста: людей, причастных цирку, атлеты и профессиональные борцы вызывали у доктора Луховицына особенное восхищение, достигавшее размеров настоящей страсти. Поэтому, когда Арбузов, освободившись от крахмаленой сорочки и сняв вязаную фуфайку, которую обязательно носят все цирковые, остался голым до пояса, маленький доктор от удовольствия даже потер ладонь о ладонь, обходя атлета со всех сторон и любуясь его огромным, выхоленным, блестящим, бледно-розовым телом с резко выступающими буграми твердых, как дерево, мускулов. - И черт же вас возьми, какая силища! - говорил он, тиская изо всех сил своими тонкими, цепкими пальцами попеременно то одно, то другое плечо Арбузова. - Это уж что-то даже не человеческое, а лошадиное, ей-богу. На вашем теле хоть сейчас лекцию по анатомии читай - и атласа никакого не нужно. Ну-ка, дружок, согните-ка руку в локте. Атлет вздохнул и, сонно покосившись на свою левую руку, согнул ее, отчего выше сгиба под тонкой кожей, надувая и растягивая ее, вырос и прокатился к плечу большой и упругий шар, величиной с детскую голову. В то же время все обнаженное тело Арбузова от прикосновения холодных пальцев доктора вдруг покрылось мелкими и жесткими пупырышками. - Да, батенька, уж подлинно наделил вас господь, - продолжал восторгаться доктор. - Видите эти вот шары? Они у нас в анатомии называются бицепсами, то есть двухглавыми. А это - так называемые...
2. Суламифь
Входимость: 33. Размер: 86кб.
Часть текста: яко смерть ревность: стрелы ее - стрелы огненные. Песнь песней. Царь Соломон не достиг еще среднего возраста - сорока пяти лет, - а слава о его мудрости и красоте, о великолепии его жизни и пышности его двора распространилась далеко за пределами Палестины. В Ассирии и Финикии, в Верхнем и Нижнем Египте, от древней Тавризы до Йемена и от Исмара до Перееполя, на побережье Черного моря и на островах Средиземного- с удивлением произносили его имя, потому что не было подобного ему между царями во все дни его. В 480 году по исшествии Израиля, в четвертый год своего царствования, в месяце зифе, предпринял царь сооружение великого храма господня на горе Мориа и постройку дворца в Иерусалиме. Восемьдесят тысяч каменотесов и семьдесят тысяч носильщиков беспрерывно работали в горах и в предместьях города, а десять тысяч дровосеков из числа тридцати восьми тысяч отправлялись посменно на Ливан, где проводили целый месяц в столь тяжкой работе, что после нее отды али два месяца. Тысячи людей вязали срубленные деревья в плоты, и сотни моряков сплавляли их морем в Иаффу, где их обделывали тиряне, искусные в токарной и столярной работе. Только лишь при возведении пирамид Хефрена, Хуфу и Микерина в Гизехе употреблено было такое несметное количество рабочих. Три тысячи шестьсот приставников надзирали за работами, а над приставниками начальствовал Азария, сын Нафанов, человек жестокий и деятельный, про которого сложился слух, что он никогда не спит, пожираемый огнем внутренней неизлечимой...
3. Ночная смена
Входимость: 31. Размер: 49кб.
Часть текста: украли, а веревочкой. Дневалит он через день вот уже третий раз, и все ему достаются самые тяжелые ночные часы. Меркулов плохой фронтовик. Нельзя сказать, чтобы он был ленив и нестарателен. Просто ему не дается сложное искусство чисто делать ружейные приемы, вытягивать при маршировке вниз носок ноги, "подаваясь всем корпусом вперед", и в должной степени "затаивать дыхание в момент спуска ударника" при стрельбе. Тем не менее он известен за солдата серьезного и обстоятельного: в одежде наблюдает опрятность; сквернословит сравнительно мало; водку пьет только казенную, какую дают по большим праздникам, а в свободное время медленно и добросовестно тачает сапоги, - не более пары в месяц, но зато какие сапоги! - огромные, тяжеловесные, не знающие износа - меркуловские сапоги. Лицо у него шершавое, серое, в один тон с шинелью, с оттенком той грязной бледности, которую придает простым лицам воздух казарм, тюрем и госпиталей. Странное и какое-то неуместное впечатление производят на меркуловском лице выпуклые глаза удивительно нежного и чистого цвета - добрые, детские и до того ясные, что они кажутся сияющими. Губы у Меркулова простодушные, толстые, особенно верхняя, над которой точно...
4. Трус
Входимость: 29. Размер: 43кб.
Часть текста: прислужников, в черных передниках и кожаных нарукавниках, едва успевали разносить по столам мутное бессарабское вино, которое сам Рубинштейн, стоя за прилавком, цедил из двух больших бочек в графины. Это вино приятно было пить, особенно после острого козьего сыра, подававшегося к каждому графину, но, выпитое в большом количестве, оно кидалось в голову, делало человека крикливым и вспыльчивым и толкало к ссорам. Посетители говорили между собою, что Айзик настаивает это вино на табаке пополам с беленою, но все-таки продолжали ходить в его погреб, который был биржей и клубом для еврейского населения маленького пограничного городишки. Жаргонный говор, то стремительный и раскатистый в середине фраз, то завывающий на окончаниях, несся отовсюду, сопровождаемый яркой мимикой и оживленными, преувеличенными жестами. Со стороны можно было подумать, что в погребе разгорелась общая ссора и что все посетители говорят одновременно, не слушая и стараясь перекричать друг друга. Но этот гвалт был в заведении Айзика самым обычным явлением. Кто-то застучал ладонью по столу, как это часто делают в синагоге, чтобы прекратить шум. — Ша! — выкрикнул резко и требовательно чей-то голос. И десятки рук также застучали по столам, и со всех сторон нетерпеливые голоса подхватили это восклицание: — Ша!.. На середину погреба вышло двое бродячих актеров. Один из них был небрежно и грубо загримирован стариком: куски ваты, приклеенные под носом, изображали усы, такие же белые комки спускались от щек и...
5. Прапорщик армейский
Входимость: 28. Размер: 89кб.
Часть текста: пахнет плесенью, засохшими цветами, мышами и камфарой. Здесь были: и Эмин, и «Трехлистник», и «Оракул Соломона», и письмовник Курганова, и «Иван Выжигин», и разрозненные томы Марлинского. Между книгами попадались письма и бумаги, большею частью делового характера и совершенно неинтересные. Только одна, довольна толстая пачка, свернутая в серую лавочную бумагу и тщательно обвязанная шнурком, возбудила некоторое любопытство моего приятеля. В ней заключался дневник какого-то пехотного офицера Лапшина и несколько листков прекрасной шершавой бристольской бумаги, украшенной цветами ириса и исписанной мелким женским почерком. Внизу листков стояла подпись: «Кэт», а на некоторых — просто одна буква «К». Не было никакого сомнения, что дневник Лапшина и письма Кэт писаны приблизительно в одно и то же время и относятся к одним и тем же событиям, происходившим лет за двадцать пять до наших дней. Не зная, что сделать со своей находкой, приятель переслал мне ее по почте. Предлагая ее теперь вниманию читателей, я должен оговориться, что мое перо лишь слегка коснулось чужих строчек, исправив немного их грамматику и уничтожив множество манерных знаков вроде кавычек, скобок. 5 сентября. Скука, скука и еще раз скука!.. Неужели вся моя жизнь пройдет так серо, одноцветно, лениво, как она тянется до сих пор? Утром занятия в роте: - Ефименко, что такое часовой? - Часовой — есть лицо неприкосновенное, ваше благородие. - Почему же он лицо...

© 2000- NIV